****

…Покачиваясь от слабости, он тыкал этими стволами мне прямо в лицо. А красный лучик его гаджета ослеплял – то один мой глаз, то второй. Я вообще человек предельно мирный, но такого стерпеть не мог. Тем более – от кого? От своего двойника??? Который и на ногах-то еле стоит?!.

Не успел Итан крикнуть «Три!», как я распрямившейся пружиной прыгнул на него. Вышиб оба ствола и вцепился в гаджет на запястье – чтоб, не дай бог, он в меня не пальнул. Мы кубарем покатились по крыше.

 - Ах ты, гад! – хрипел он. – А ещё я!

Я – далеко не Иван Поддубный. И не Александр Медведь. Но мне довольно быстро удалось подмять Итана под себя. Может быть, потому, что в него попало два дротика, а в меня всего один?

Только радовался я недолго. Борясь друг с другом, мы, дураки, не заметили, как Анна Михална и Юсуп очнулись. Лифтёр подобрал мой штатив и со всей дури - наотмашь - саданул мне им по затылку:

 - Это тебе за дроника, щенок!

Удивительно, но сознание я не потерял. Отлетел только метров на пять. Да головой в чердачную дверь въехал.  Она (голова, а не дверь) затрещала, но не отключилась.

Второй удар - только на сей раз как топором, сверху вниз, - Юсуп нанёс Итану:

 - А это тебе - за нас!

А Анна Михална, тварь, его, бездыханного, ещё и пнула. Да каблуком ему браслет раздавила. Садистка.

Они взвалили Итана на меня (не знаю, как я не рухнул) и заставили тащить вниз.

 - Только пикнешшь - убью, - прошипела консьержка, приставляя оба ствола к моей груди. - Если игла прямиком в твоё сердце больное попадёт - тебе капут. Пшшёл!

Я рад бы был пикнуть – да не мог. Башка гудела как чугунная…

На лифте мы приехали на первый этаж. Спустились в подвал. Юсуп отворил замок на зарешёченной двери - и мы очутились в их логове. Они велели бросить Итана на грязный бетонный пол.

 - Может, этого тоже отрубить? – спросил Юсуп Михалну. Имея в виду меня. – А то ещё вопить начнёт.

 - Не надо. Пусть вопит – толку-то? Всё равно никто не услышит… Руки ему только свяжи, и всё.

Лифтёр проволокой скрутил мне запястья за спиной. Глоби при этом даже не подавал признаков жизни. Окончательно сломался, что ли? Тем временем консьержка переводила взгляд с Итана на меня и обратно:

 - Действительно как близнецы. Хм… Что-то тут не то. Не бывает таких совпадений. Это всё неспроста.

 - Наше дело маленькое,  – аккуратно возразил Юсуп. - Поймали – отправляем. Пусть там сами разбираются!

 - Погоди, Йозеф…

«Йозеф»??? Какой ещё Йозеф – он же Юсуп?!.

Михална внимательно смотрела на меня:

 - А что ты вообще делал на крыше? – спросила она, прищурившись.

 - Ничего, - проскрипел я. – Свежим воздухом дышал…

 - Врёшь. Ты его ждал! - мыском своего стоптанного ботинка Михална ткнула в Итана. – Но как ты узнал, что он прибывает именно в сегодняшнее «окно»?

 - Это и козе понятно: у них у обоих – браслеты, – сказал Юсуп-«Йозеф». - Как у того – кудрявого. Помните? У альра… альне… альтро…

 - У альтернавта, тупица… - пробормотала тётка.

 - Во-во! Это ж типа мобильников! Вот они меж собой и общаются. Из разных вселенных. Эсэмэски всякие, чатики, мылы…

Он таки произнёс: «мы-лы». Консержка гаркнула на меня:

 - Отвечай!

 - Я понятия не имею, кто он такой, – сказал я, посмотрев на Итана. - Никаких братьев-близнецов у меня нет. И никогда не было. Если только…

 - Что – «если только»?

 - Если только родители от меня ничего не скрывают.

 - А они могут? Скрывать от тебя? Какую-нибудь тайну?

Хотел я огрызнуться – «нет, мол, отстань, у моих мамы и папы от меня секретов нет!». Но осёкся. Потому что это уже, как я вчера узнал, не так…

 - И почему вы дрались? Что не поделили? Отвечай! – И эта мерзкая баба дала мне тумака.

Руки у меня были связаны – и потому я в неё попросту плюнул. Попал на ботинок.

 - Ах ты, гадёнышшшш! – зашипела Михална. Змеюга в обличье Тётушки-Пончика. - А если я тебя сейчас на крючья подвешшшшу?! Вмиг всё расскажешшшшь…

 - Нельзя, - чуть не взвыл лифтёр. – Запрещено, товарищ фельдфебель! Хотите, чтоб нас опять наказали? Как тогда??.

Как? Как он её назвал?? «Товарищ фельдфебель»??? Или мне послышалось?!.

 - Думаете, мне не хочется? Их всех живьём - в масле - поварить немного?! Однако… Наши должностные обязанности этого не пре-ду-сма-три-ва-ют! «Перемещать объекты как они есть!» Инструкция есть инструкция! – Юсуп чуть не плакал. - Давайте уже отправим их побыстрее. От греха подальше…

Тётка с трудом погасила свой вурдалачий взгляд, направленный на меня. И взяла себя в руки.

 - Сколько там осталось? – спросила она своего подчинённого. Тот посмотрел на часы:

 - Меньше одиннадцати минут! А следующее «окно» только на той неделе!

 - Ладно, уговорил… Пусть Людвиг Иоганнович порадуется «близняшкам»… Чужака первым давай.

Юсуп взял Итана за ноги и потащил в дальний угол подвала, где круглым стеклом мутно поблёскивал какой-то здоровенный агрегат. Духовая печь? Нет, вроде старинная прачечная машина… Промышленных размеров… Но откуда она здесь?? И главное – для чего она здесь???

Лифтёр открыл её дверцу, запихал моего двойника внутрь и вопросительно посмотрел на Михалну:

 - А отчёт? А почту?

 - Я ещё не дописала… С этим отправим… - она вытерла оплёванный мною ботинок о меня же самого. – Запускай. Хайль Пушкин!

 - Хайль Пушкин… - ответил Юсуп и нажал красную кнопку на агрегате. Машина загудела, завибрировала, затряслась. И сквозь толстенное стекло её «иллюминатора» я увидел, как «барабан» - без всякой воды, но с Итаном внутри – начал крутиться.

 - Что вы делаете??? – закричал я. – Фашисты!!! Нацисты!!! При чём тут Пушкин?!.

Но они на меня даже не посмотрели. Михална спешно строчила что-то на листке бумаги, а Юсуп пялился в «иллюминатор». И вдруг я услышал Глоби. Он даже не шептал – а как бы тихо-тихо передавал мне сообщения через запястье… в уши:

 - Не получается… Проволока слишком толстая… Но ничего, Илья! Поверни мой глобус! Против часовой стрелки… Надави и поверни! Это нас спасёт!

Его никто, кроме меня не слышал. Я стал нащупывать то, что он просил. И в этот момент - машина вдруг выключилась.

 - Порядок, - сказал гад-лифтёр и открыл дверцу. – Следующий!

Я увидел, что внутри «барабана» - пусто. Но… Куда делся Итан??

Юсуп уже подошёл ко мне. Грубо поднял за шкирку. И повёл к агрегату. Я стал упираться (продолжая искать пальцами шарик Глоби):

 - Куда? Я не пойду! Помогите! Люди! Хэлп!! SOS!!!

Но этот упырь ударил меня кулаком в живот. От боли я задохнулся – и согнулся пополам. Мгновенно подскочила ведьма – и засунула мне в карман сложенный конверт. Вдвоём они затолкали меня внутрь стиральной машины. Там почему-то пахло канализацией.

И тут в их зарешёченную дверь кто-то властно постучался. Изнутри агрегата было невидно кто. Юсуп и Михална замерли.

 - Именем нашей вселенной – откройте! – Раздался зычный мужской голос.

 - И тогда останетесь живы! – А это уже прокричала женщина.

 - Спасите!!! – заорал я что есть мочи, пытаясь выползти обратно наружу. Но получил удар в лицо от Юсупа.

 - Включччай бысссстрее! – просипела Михална и захлопнула «иллюминатор». Лифтёр нажал кнопку – и «барабан» закрутился. Вместе со мной внутри. Я начал отчаянно бить ногами в стекло. Тщетно – непробиваемое…

 - Поворачивай же! Ну!!! – орал Глоби.

Я, наконец, нащупал то, что он просил. Нажал. Но шарик никак не поддавался. «Барабан» между тем набирал обороты. И я начал чувствовать, что растекаюсь, расползаюсь, растворяюсь…

Снаружи раздался хлопок. Через «иллюминатор» я увидел, что мои мучители рухнули, как подкошенные, а весь подвал заволокло дымом. Силы и сознание стали покидать меня. Но кончиками пальцев я всё-таки ощутил: шарик Глоби тоже ослаб. И я, наверное, теперь смогу его повернуть… Если успею…

 «Барабан» уже крутился как бешеный… Я болтался там как тряпка…

 
  • Facebook
  • Twitter
  • VK
  • Telegram

©2020